1 сентября в Воронеже вступил в силу закон, который запрещает продажу алкогольной продукции в заведениях. Он распространяется на локации, которые расположены в многоквартирных жилых домах или же на расстоянии 70 метров от них. Если площадь заведений составляет менее 70 кв. м, то они больше не имеют права продавать алкоголь.
Проще говоря, под эти ужесточения попадают не только «наливайки», с которыми борются власти, но и небольшие кафе и бары. Совместно с организаторами гастрономической премии «Терки» «Площадь» разбиралась в нововведениях. Мы пообщались с бизнесменами и узнали, для чего в Воронеже ввели такие меры, и как это повлияет на барный бизнес.
Одним из главным противников закона является основатель сети «Культурно Коротко» Никита Татаринский. Два заведения его сети как раз находятся в жилом доме на Пушкинской, и их площадь составляет менее 70 кв. м. Речь идет о популярных точках: «Рюмочной» и «Чебуречной». Бизнесмен рассказал, что о принятии закона думали на протяжении двух последних лет.
«Наши два заведения на Пушкинской под него попадают. Мы в обоих случаях просто приняли решение расшириться за счет подвального и дополнительно арендуемого помещения, объединить все это. Нам никто не объяснил ничего, с чем мы боремся, за что боремся. Сейчас в Воронеже фактически самые жесткие законы именно по обременениям для баров по площадям, самые-самые жесткие в России. Ведь если у тебя 70 метров зал обслуживания, тогда помещение должно быть минимум 100−110 метров. Кухня, туалет, бар – это все отдельно считается. Таких мест единицы, а если и есть, то они стоят конских денег.
Для чего это делается, лично я не понимаю. Есть опыт других коллег, например Москва, Тамбов, где общепиту дают работать на более «лайтовых» условиях. На мой взгляд, это вообще противоречит текущей повестке о том, что наш Воронеж туристический. Какой он туристический, если мы не можем гостям предоставить необходимый сервис с точки зрения ресторанов и общепита?», – заявил «Площади» господин Татаринский.
Кроме этого, в процессе обсуждения находится еще одно ограничение – продажи алкоголя с 21:00 до 09:00 в заведениях, которые зарегистрированы как бар в многоквартирных домах.
«Этот закон будет распространяться только на одно наше заведение – на нашу Рюмочную на Пушкинской. Если его все-таки примут, у нас вариантов не будет, придется Рюмочную закрыть или перенести ее в соседнее помещение на место «Россельхозбанка».
Что касается того, как это на нас отразится, сложно сейчас прогнозировать. По первому закону мы все действия предприняли, ситуацию решили, там падения точно не должно быть. За счет того, что залы мы расширим, планируем даже прибыль нарастить.
У меня вообще сложилось такое ощущение, что наш общепит спокойно эту ситуацию проглатывает, скажем так. Когда были ключевые вопросы по решению бороться с этим законом, предпринять попытку его видоизменить, наша команда была единственной. Кроме нас еще участвовала еще команда Burger Group. Под эти законы, кстати, попадают и пивные заведения, вот они пострадают сильно, там больше половины сразу попадают под закрытие», – рассказывает бизнесмен.
Своей позицией с редакцией также поделился Антон Курганов – бывший член команды «8 Spirits&Cocktails» и основатель пилотного для Воронежа кафе «Буно». Оба заведения находятся в многоквартирном доме, оба имеют алкогольную лицензию. Однако закон о квадратуре на них не распространяется, их площади больше 70 кв. м. Но так как в ресторанном бизнесе господин Курганов очень давно, он понимает, для чего такие законы принимаются и даже предлагает варианты решения спорных вопросов.
«Если говорить о теме всех упомянутых ограничений залового обслуживания посетителей и прочее, я понимаю, почему принимаются эти законы. Город пытается бороться с недобросовестными наливайками, которые круглосуточно продают алкоголь, сами регистрируются как буфет или как бар, ставят там один столик и продают бутерброд с колбасой. Понятно, что для жильцов это «место притяжения нечистой силы». Это никому удовольствие не доставляет. И, соответственно, принимается закон по квадратуре, просто чтобы вот этим вот круглосуточным магазинам было невыгодно работать, аренда зала больше 70 кв. м просто будет превышать все доходы от круглосуточной продажи.
Но, естественно, на фоне этого сильно страдают маленькие, хорошие, милые, добросовестные, честные бары, которые хотели бы для своих 20 гостей наливать коктейль, чтобы все тихо, спокойно сидели и пили. Если говорить непосредственно про «Восьмерку», то за девять лет работы бара у нас танцев там ни разу не было, ни одной жалобы даже не поступало. Человек приходит спокойно выпить вечерний коктейль и пойти заниматься своими делами, лечь спать и прочее», – уверен господин Курганов.
Во время разговора с журналистом бизнесмен вспомнил историю с легендарной «барной улицей» Рубинштейна в Санкт-Петербурге. Он рассказал, что именно здесь пять лет назад очень сильно пострадали многие бары, чья квадратура была меньше 50.
«Именно тогда половину улицы Рубинштейна и выкосило, там были камерные бары на 40 кв. м, которые с общественными беспорядками никогда не имели отношения. Это не улица Думская, где люди валялись на каждом шагу. Там стояли талантливейшие бармены, которым поставляли палки в колеса.
Что делать со всем этим? Конечно, в идеальном каком-то мире было бы классно, чтобы была условная госинспекция, ведь очень легко отличить недобросовестную, круглосуточную наливайку в жилом доме от бара, который работает не первый год, к которому у жильцов ни одной претензии нет. Одним большим законопроектом хотят победить всех, но, когда хотят победить всех, естественно, под раздачу попадают те, кто и не должен попадать», – считает Антон Курганов.
Также он рассказал о неожиданной тенденции, которая наблюдается в Воронеже. Речь идет о «невыпивательном тренде»:
«Мы хотели сделать заведение итальянской кухни, где можно выпить недорогой бокал вина. Но спустя полгода работы, мы решили, что будем отказываться от алкогольной лицензии, потому что она нам просто не нужна. От общего товарооборота, продажа вина составляет где-то 3%. Сейчас идет «невыпивательный тренд». У нас безалкогольного пива выпивается больше, чем алкогольного. Мы сейчас ищем помещение для масштабирования и теперь понимаем, что будем брать площади меньше из-за того, что у нас не будет алкогольной лицензии. Нам не нужно воевать за квадратуру».
