Недавно губернатор Воронежской области Александр Гусев снова привлек внимание к уже известной истории о строительстве на берегу реки Усманка. Речь идет о спорах воронежских властей с ИП Ириной Фоминой. Глава региона на совещании 28 января потребовал от министра природных ресурсов Натальи Ветер «занять наступательную позицию в вопросе с привлечением органов прокуратуры и полиции и довести дело до конца».
При этом в арбитраже споры ведутся несколько лет, и еще находятся в разгаре. С прошлого года в суде рассматривается еще и уголовное дело о нарушении правил окружающей среды, обвиняемой по которому Ирина Фомина стала за два дня до конца следствия по делу, которое расследовалось около полутора лет. В общей сложности ей вменяется ущерб в 1,4 млрд рублей.
Позиция второй стороны удивительным образом в публичном поле ранее не озвучивалась, что создавало образ «вселенского зла» предпринимательницы. Медиа даже не хотели озвучивать ее после посещения судебных заседаний. «Площадь» поговорила с адвокатом Ирины Фоминой Аленой Ивочкиной. Она рассказала о ряде противоречий, которые не изменили русло Усманки, а могли бы изменить ход разбирательств при должном внимании.
По словам адвоката, Фоминой вменяется обвинение в снятии плодородного слоя почвы со всей площади ее четырех земельных участков (в том числе и того, где расположен недострой, сноса которого добивается мэрия). Об изменении русла реки в уголовном деле речи не идет, о чем так рьяно заявляют в региональном правительстве на всех площадках. Минприроды является потерпевшим по уголовному делу и участником споров в арбитраже, в том числе и истцом о возмещении 415 млн рублей ущерба почвам. Однако земельный надзор, в том числе в части снятия плодородного слоя почвы, это исключительная компетенция Росприроднадзора. Это ведомство тоже подало аналогичный иск к Фоминой с требованием заплатить ущерб за почвы в размере 401,99 млн рублей. В чем их принципиальное отличие, нам не смогли год назад объяснить источники во власти, так и сейчас адвокаты. Минприроды заявило аналогичные требования и в рамках уголовного судопроизводства, увеличив размер ущерба для Фоминой почти до 1,4 млрд рублей – суммы идентичных исков в разные суды попросту сложили до этой суммы.
Главное, что минприроды занимает противоположные позиции в уголовном деле и разбирательствах в арбитраже.
«В уголовном процессе министерство поддерживает обвинение, что плодородный слой снят и сверху перекрыт землей. А в арбитражном суде по иску о сносе строения как третье лицо дает кардинально противоположные пояснения, говоря, что на участке Фоминой отсутствуют меры инженерной защиты от затопления, к которым в том числе, относятся, например, повышение уровня земельного участка, поэтому строение надо снести. Так от чего в итоге защищаться Фоминой, если региональные органы власти не могут определиться с позицией?» – задается вопросом адвокат Ивочкина.
Защитник предпринимательницы помимо незаконного определения потерпевшего недоумевает из-за отсутствия экологической экспертизы в уголовном деле. В ее рамках должны отбираться пробы почв, проводиться исследования, и уже на этой основе определяется ущерб. В итоге есть просто расчет ущерба, который выполнил сотрудник Росприроднадзора по просьбе следователя. Интересно, что еще до возбуждения дела в 2023 году ведомство и природоохранная прокуратура неоднократно выезжали на проверку участков Фоминой. Почему же нарушения не были усмотрены тогда? И даже в середине прошлого года на участках трава была почти в человеческий рост. А при снятии плодородного слоя почва выглядит как выжженная пустошь (фото прилагаются).
Вернемся к еще одной странности. Мы уже упоминали, что в уголовном деле речь идет о снятии слоя почвы, а не о вреде реке. На пресс-конференции в июне прошлого года Наталья Ветер заявила о 400 земельных участках в береговой полосе реки, которые были незаконно предоставлены в пользование. Выявление этого факта и возвращение 170 участков в федеральную собственность, безусловно, достижение. Однако почему-то власти умалчивают, кто и на каких основаниях из должностных лиц эти участки вывел.
«Как министерство природных ресурсов и экологии Воронежской области работало с установлением знаков, определяющих на местности границы особо охраняемой природной территории, разрабатывало ли охранные паспорта, вносились ли в ЕГРН сведения о каких-либо ограничениях на земельных участках в связи с нахождением на них особо охраняемой природной территории? А ведь ответы на эти вопросы напрямую затрагивают Фомину и обоснованность предъявленного ей обвинения», – отметила адвокат Алена Ивочкина.
Уголовное дело уже почти год рассматривается в Железнодорожном суде. Процессы о взыскании ущерба в арбитраже тоже еще находятся на рассмотрении. Что касается сноса спорного здания, иск мэрии был удовлетворен еще весной прошлого года, но Фомина ожидаемо подала апелляцию. Интересно, что мэрия добивается сноса недостроя, который расположен на земельном участке с разрешенным использованием «спортивно-оздоровительные сооружения в природно-рекреационных зонах», где допускается строительство профильных зданий и при необходимости снятие почвы. Таким зданием по своему назначению и является недострой Фоминой.
В тоже время близлежащие участки с постройками предназначены для сельскохозяйственного использования, где любое строительство запрещено. И это не мешает там находиться различным базам отдыха.
27 февраля Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд вновь встал на сторону Фоминой удовлетворив ходатайство адвоката о назначении экспертизы по делу.
