Судебная коллегия под председательством судьи Платонова продолжила рассматривать апелляционные жалобы на приговор о мошенничестве на выборах 2020 года. После перерыва слово перешло осужденному Юрию Бавыкину и его защитнику.
В начале заседания Бавыкин по видеосвязи захотел заявить ходатайство. Суд начал слушать, однако прервал его уточняющим вопросом – о чем оно конкретно, намекая, что обстоятельства будут выслушаны позже.
Юрий Бавыкин заявил, что ходатайство свидетельствует о его невиновности, он просит прекратить уголовное преследование. Судьи сказали, что это не ходатайство, а мнение по поводу апелляционной жалобы. Когда стороны выступят, суд даст слово Бавыкину.
Осужденный явно взволновался и сказал: «Я понял, вы мне отказываете». Судьи опровергли его довод и еще раз уточнили, что дадут ему слово на более поздней стадии. Бавыкин сказал, что сдается.
Судьи решили объявить перерыв, чтобы никто не расценил это как давление суда. Все участники процесса и журналисты удалились. После общения с адвокатом, Бавыкин попросил прощения и сказал, что переволновался.
Тогда выступать начал его адвокат Андрей Рябов. Он объяснил, что доводы в приговоре суда не соответствуют установленным обстоятельствам дела и детально разбирал каждый эпизод, с каждым депутатом, цитируя разговоры фигурантов уголовного дела и свидетельские показания.
Если обобщить, то в приговоре скопированы куски из обвинительного заключения, что свидетельствует о явно обвинительном уклоне, Светлана Васькова и Юрий Бавыкин ни с кого деньги не требовали, депутаты несли их сами по итогам фальсификаций голосов. Более того, кандидаты сами активно проявляли интерес к незаконным выборным махинациям.
Выступление адвоката длилось почти два часа (и это только половина). Спустя полтора часа суд решил прервать защитника и напомнить, что все знакомы с материалами дела, и в целях экономии процессуального времени было бы неплохо ускориться или не читать дословно масштабный текст. За раз по всем депутатам пройтись не удалось, суд отложил процесс.
Стороны долго не могли определиться с датой следующего заседания.
Тогда вступил Бавыкин и сказал:
«Здесь решается моя судьба. Тут сидеть не мед. Хочу не хочу, могу не могу – дома будете решать».
