«Площадь» съездила в гости в Тамбов, чтобы подвести итоги года с Максимом Косенковым. Это далеко не первый его мэрский срок, но ему пришлось адаптироваться к массе изменений. Мы поговорили, как складываются его отношения с главой региона Евгением Первышовым, как работается с обновленной гордумой во главе с героем СВО Константином Кутейниковым, и какие основные приоритеты развития самобытного консервативного провинциального Тамбова он выделяет.
– Стартовый вопрос про ваши планы после переизбрания в сентябре. Какие цели вы перед собой поставили на новый срок?
– Мы должны дальше активно улучшать и развивать город, по-новому иногда смотреть на то, к чему привыкаем изо дня в день. Я нередко своим коллегам последние несколько месяцев говорю, что в этом кабинете в сентябре мог оказаться другой человек.
Поэтому даже если вы видите того же человека в том же обличии, это не означает, что не надо меняться. Нужно отвечать тем вызовам, которые сегодня есть. Мы живем совершенно в другое время. Оно требует от руководителя стандартных ответственности и разумности решений. Но сегодня эти слова приобретают другой смысл, как и слово «мир» перевернулось в нашем сознании.
Первое, что для меня важно – изменение отношения горожан к собственному городу. В этом вопросе за пять лет мы продвинулись вперед, но еще не конец. Я активно продвигал вопрос общей культуры, что мы горожане, а не просто жители. Это давало свои результаты в 2005, 2006, 2007 году, но потом почему-то активно стало развиваться и порождаться иждивенчество. Наверное, это влияние социальных сетей – почему не у меня, почему не у нас. Это иждивенчество нужно немного направить, так скажем, в другое русло.
Городская среда – это не цветочки, это не арт-объекты. Среда – это все, что создаёт условия для жизни человека. Для меня важно, чтобы в ближайшие годы, мы смогли перевоплотить людей в образ горожанина, который понимает состояние города, понимает его проблемы, готов оценивать их, воспринимать, понимать возможности, которые у нас есть, и оценивать то, что реально нам удается достигать в этих условиях. Потому что сравнивать Тамбов, конечно, с рядом других городов, у которых другой экономический потенциал, другие возможности, сложно. Но это не означает, что не надо рвать на себе пиджак или рубаху и не пытаться взять всё возможное от этого времени для того, чтобы город шёл в числе других хорошим темпом развития.
– Обратная сторона большой вовлеченности горожан в дела города может повлечь за собой большое количество критики, возможно, конструктивной и неконструктивной. Вы к этому готовы? И морально, и ресурсно? Какую обратную связь вы ждёте от жителей?
– Когда речь идет о более крупном городе, то, конечно, надо понимать, что рассчитывать на благодарность и на бесконечное спасибо было бы опрометчивым шагом. И вообще, если человек идет во власть исключительно понимая, что ему должны спасибо говорить за то, что он просто есть, то лучше вообще сюда не приходить.
Поэтому я абсолютно адекватно реагирую на критику, иногда эмоционально. Но это признак того, что я живой всё-таки. Если бы я просто холодно читал комментарии и новости, то, наверное, уже бы выгорел. Но я стараюсь видеть и плохое, и хорошее. Каждый день, когда у меня есть свободная минутка, особенно после работы, я все читаю. Конечно, иногда вижу тенденцию, понимаю, кто, порой в чьих интересах тиражирует какие-либо публикации, какие-либо темы. Но это опять их выбор.
Однако, мне кажется, последние полгода я замечаю некое снижение активности в ленте комментариев. Как правило, это одни и те же люди, и немалая часть этих людей под никами, далекими от их настоящих имен и фамилий. Опять же, это право людей, на то они и соцсети. Но всегда хочется понимать, с кем ты общаешься.
– Что-то дошло до вашего поручения, например, вы увидели комментарий и поручили подчиненным исправить ситуацию. Или вы почитали, порефлексировали и забыли?
– На самом деле, я иногда даже начал жалеть своих сотрудников, потому что первые годы я их (литературное слово скажу) измучил сильно комментариями в полночь по срочным темам. Все, что я вижу, я на это реагирую и пересылаю в соответствующие чаты и личные сообщения или использую при подготовке к планеркам. То есть это часть моей работы, это не что-то показное. Об этом, наверное, мало кто на самом деле знает и не очень верит в то, что я сам отвечаю в своих страницах в социальных сетях. Но я продолжаю это делать сам, как бы мне это тяжело не было. Да, не успеваю всем ответить. С претензией пишут, что прошло 6 часов, почему не ответили? Но я поясняю, что могу это делать, как правило, только вечером, когда домой возвращаюсь.
– А есть в этом году какой-то комментарий, который вы запомнили, может быть, самый топовый, самый обидный?
– Вот это интересный вопрос. А что мне такого писали, что прям вот обидно? Я быстро отхожу, я отходчивый человек. Я даже начинаю переживать, когда я сам резко не в социальных сетях, а вообще, ответил.
Поэтому сказать, что мне какой-то комментарий особенно задевает, не могу. Я уважаю мнение других, я еще раз подчеркну это, на все разумные, даже критичные комментарии реагируют так, как должен руководитель – брать это во внимание. Более того, иногда я приглашаю людей в актовый зал обсудить насущные вопросы. В основном это касается острых проблем, таких как общественный транспорт. Наш зал вмешает 100 человек, но что-то я не наблюдал, чтобы люди стояли между рядов.
Но отдельно скажу про людей, которые самоутверждаются в соцсетях. Занимаются блудом, запутались в жизни и таким образом думают, что ведут активную социальную жизнь. Если птица, не дай бог, кому-то на голову сходила неудачно. Кто виноват, знаете? Я виноват. Если где-то там вдруг колодец сместился, а от чего он сместился? Техника проехала неудачно, но виноват Косенков. Есть люди, которые это навязывают с маниакальным остервенением, чтобы проявить себя и всему миру доказать, что они лучше. Но кто мешал им подавать заявки на конкурс? Даже если они считали, что у них нет шансов, так прими участие. Это возможность, чтобы твою фамилию увидели в заголовках и проявить свою позицию.
– Вы уже заговорили про общественный транспорт, недавно было повышение цен на проезд в Тамбове, качество улучшится после этого?
– В Тамбове уже проходили через естественное сдерживание тарифа, а это всегда приводит к системным проблемам. Менять тариф нужно хотя бы в силу того, что дорожают горючесмазочные материалы и другие статьи затрат, в конце концов заработную плату надо платить.
Последние годы тариф ежегодно индексируется как минимум на процесс инфляции. И, в общем-то, эта планка выдерживается. Мы плотно взаимодействуем в этом вопросе с правительством области, взвешивая за и против. Тариф – один из инструментов удержания экономической ситуации в автотранспортных предприятиях, чтобы они не ушли в банкротство.
В этом году мы думали сделать одинаковую оплату и наличными, и безналичными, или же дифференцированную. Я даже сам был сторонником первого варианта, но потом мы пришли к выводу, что это может стать соблазном для коммерческих перевозчиков в части серого оборота налички.
Для нас изменение транспортной ситуации – одна из ключевых тем на ближайшие несколько лет. Первым делом нужно укреплять наше муниципальное предприятие. К счастью, мы его не похоронили, но оно продолжает работать не очень хорошо. Мы приостановили троллейбусное сообщение – их было всего четыре, а они съедали 10% расходов. По сути, жителю нужен вовремя поданный к остановке транспорт, в хорошем состоянии.
Половина автобусов в нашем МУПе простаивает из-за нехватки водителей. Они уходят в коммерческий сектор или маркетплейсы, в распределительный центр Wildberries. С одной стороны, это повышает ставки по зарплате, а с другой, происходит отток.
Что мы в этом направлении делаем? Мы изменили систему оплаты труда водительского состава. То же самое я сделал в 2024 году в отношении предприятий жизнеобеспечения, которые занимаются содержанием, уборкой дорог, парков, скверов, ну в целом городским хозяйством. Из-за маленьких окладов и различных надбавок они стремились внеурочно работать чуть ли не 24 часа в сутки. За счет этого даже у уборщиков на улице выходило 50-70 тыс. рублей.
Еще в прошлом году мы базовую зарплату сделали значительно больше. С 22-23 тыс. она выросла минимум до 37 тыс. рублей. По итогу у нас существенно сократился неуправляемый отток кадров из наших трех дирекций, которые работают в сфере городского хозяйства. Плюс люди даже стали чуть-чуть приходить на эту работу. И теперь им не надо работать 24 часа в сутки. Это модная тема, но неэффективная.
Теперь подход изменен, это дает возможность людям домой приходить относительно вовремя, выходные иметь, ну и получить ту же самую зарплату, ради которой они работали с этими цирковыми акробатами.
Водителям мы тоже пересмотрели зарплату – она стала больше примерно на 20 тыс. рублей. Теперь они получают минимум 70 тыс. рублей. Но коммерческие перевозчики все равно платят в среднем 100 тыс. рублей, а это огромная разница. Наша задача все равно эту планку поднимать и делать реальные шаги к централизации перевозок через муниципальные предприятия.
Второе решение, помимо заработной платы, это служебное жилье. Уже шесть человек из других районов его получили. Мы его предлагаем рабочим, просто не делаем из этого сенсационных торжественных открытий. Вообще, у меня есть установка внутренняя, я не перерезаю ленточки, вот принципиально. Это убеждение, мы же не ради ленточек, медалей и славы работаем.
– Вообще на длинной дистанции, как вы считаете, сможете конкурировать с теми же маркетплейсами, с теми же службами доставки, касаемо оттока кадров? Потому что они там реально предлагают в полтора-два раза больше зарплаты.
– Знаете, в прошлом месяце я через день подписывал заявления специалистов некоторых наших органов администрации на согласие на работу во внерабочее время в администрации города. В основном, это сотрудники комитета образования. Меня интересовало, куда же они? Будут преподавать или что? Нет. Сортировка в одном распределительном центр (имеется в виду Wildberries – прим. ред.)
В этом, конечно, в первую очередь все равно для людей это плюс, возможность повысить доход. И мы понимаем, что без повышения уровня заработка Тамбовская область останется в отстающих, как это исторически сложилось.
У нас несколько сотрудников администрации города, причем из разных направлений, ушли работать на заводы. Когда я пытался их уговорить, убедить, мол ты столько лет здесь проработал, получаешь 70, допустим, 75. А он говорит о зарплате в 150 тыс.
– Хорошо, но вот вы сказали о допустим Wildberries, заводах, это все в Тамбовской области, как минимум все равно эти деньги в регионе остаются. Но глава области на недавнем совещании упомянул о том, что 150 тыс. человек работают вообще в других субъектах. Что делать, чтобы люди хотя бы из региона не уезжали?
– Нужно повышать не только зарплаты, но и качество жизни. Это и современная среда, это и соответственно уровень коммуникаций. Некоторые ездят в большие города, их туда тянет. Но ведь у нас достаточно примеров, когда люди, которые уехали, ничего не находят и возвращаются. Это было и есть.
Главное при создании комфортных условий не гнаться за другими городами, не похожими на нас. У каждого города, у каждого региона своя культура, свои традиции и нас от всех это отличает на самом деле. Народ у нас достаточно консервативен, там, скажем, по многим позициям. И вряд ли мы этот менталитет переделаем. И наша провинциальность – это неплохо, слово без негативного окраса для меня. Также можно воспринимать и заносчивую столичность – чем больше я на себя нацепил, тем я современнее.
– Еще одна боль Тамбова – концессии и коммуникации. Как сейчас обстоят дела с коллектором на набережной?
– Реконструкция коллектора – это шанс, который выпал несколько лет назад. Надо признать, что если бы не было возможности участвовать в региональных и федеральных программах поддержки, то мы бы тонули бы уже, возможно, в буквальном смысле, в стоках, которые не только стекали бы в реку, но и плавали у нас под ногами. Сам факт, что реконструкция началась, это плюс и для города, и для набережной.
– С подрядчиком не повезло, да?
– Мы не являемся заказчиком, в данном случае коллектор ремонтирует именно компания РКС. Не повезло им с одним подрядчиком, не повезло им со вторым подрядчиком.
– А, то есть виноваты в проблемах именно субподрядчики, не РКС?
– РКС виноваты в любом случае. Ну, простите, если в городе что-то происходит, я же вам говорил, птица летает, неудачно в туалет сходила, кто виноват? Поэтому здесь, как бы то ни было, где-то и мы недосмотрели, да, получается. Но принимали ли мы достаточные меры для того, чтобы заставить компанию РКС более по-хозяйски относиться к этому объекту? Да. Сделала ли все компания РКС для того, чтобы не превратить этот объект в долгострой? Не все сделали, и это очевидно. Поэтому критика абсолютно объективна.
Проблема во взаимоотношениях между подрядными организациями. Они что-то не поделили в финансовом плане, это их кухня. Сдать объект должны были еще в том году, но работы завершаются только сейчас. После этого они должны восстановить нарушенное благоустройство. После этого мы подумаем о развитии набережной, она не обновлялась почти 20 лет.
– Уже есть какие-то наметки в этом направлении?
– Конечно, у нас есть и проекты, и мысли. Ясно, что там должно быть больше света, новые пешеходные дорожки, малые формы, некоторые элементы подпорной стены тоже требуют капитального уже ремонта. В разные периоды точки зрения с областью могли не совпадать, и миллиардов нет. По средствам нужно жить, но не значит, что нельзя мечтать. Пока что нужно улучшить, то есть.
– То есть в 2026 году будет реконструироваться только Студенецкая набережная?
– Основным объектом благоустройства в 26-го года у нас является Студенецкая набережная. Почему? За нее проголосовали горожане, и она победила в конкурсе по лучшим практикам. Почти 220 млн рублей из федерального бюджета будет направлено на этот участок.
Что такое Студенец? Это место, где когда-то на слиянии двух рек Цны и Студенца была построена крепость с названием Тамбов в 1636 году. Так вот, эту крепость заложили на Пасху, а осветили на Покров Пресвятой Богородицы в октябре. И вот эти исторические совпадения, они не придуманы мною, они логично вписываются и в нашу идею проведения благоустройства в следующем году. Мы в апреле, весной, как раз ближе к Пасхе, начнем работы по благоустройству. А к октябрю, к Покрову, задача стоит завершить объект.
– Звучит идеально, но тем не менее коллектор делают уже с годовой задержкой. Вдруг не получится управиться от Пасхи до Покрова?
– В этом случае все будет зависеть от нас напрямую, заказчиками благоустройства будет выступать администрация.
– Максим Юрьевич, недавно приняли бюджет на 2026 год, и второй год подряд он профицитный. Почему пошли по такому принципу?
– Мы закладываем разрыв, так как он связан с обеспечительными мероприятиями по бюджетным кредитам, которые мы вынуждены брать у области. Сегодня это нормальный механизм, который позволяет нам восполнять недостаток свободных средств, в том числе и реальных денег.
Я бы не стал ориентироваться на эти цифры, я об этом постоянно говорю. То есть, собственно, доходы бюджета – это 5 с небольшим миллиардов рублей. Все остальное – это средства целевые, исключительно зарплата учителей и другие обязательства в рамках госполномочий, которые проходят через бюджет города.
Много ли это мало? Мало. Много денег никогда не бывает. Нам действительно это мало, и здесь без поддержки области мы не обойдемся. Когда ко мне заходят люди, которые финансами занимаются у нас в администрации, я вижу печальку на их лицах. Я прямо сразу их готов отэмоционалить, так скажем. Потому что негатива итак хватает, на все надо смотреть с позитивом.
– Как сложились ваши взаимоотношения с новым главой региона Евгением Первышовым?
– Все люди разные, все губернаторы разные. Но выдержка Евгения Алексеевича меня вдохновляет. Я даже по-хорошему завидую, потому что я более эмоционален. Губернатор должен влиять и быть над всеми, в прямом и переносном смысле. Я вижу его искреннее желание не рубить с плеча, ведь человек оказался там, где не бывал раньше. Ведь есть примеры, как приезжают и начинают шашкой махать. Первышов прошел школу жизни, начиная с самого низкого звена в муниципальном секторе.
Хорошо работать, когда понимаешь и чувствуешь подходы первого лица региона. Он часто уделяет внимание работе над ошибками, переформатирует что-то. Кому-то это не нравится. Но когда ты работаешь в зоне комфорта, ты начинаешь бронзоветь. Но при этом и в постоянном стрессе быть нельзя. Как отвечать за весь город, обеспечивать стабильность, если сам стрессуешь?
Губернатор правильные задачи ставит сегодня, и я, конечно, здесь могу сказать только вот о чем. Я, как меркантильный человек с точки зрения интереса к городу, я, конечно, хочу внимания Тамбову. И в то же время я всегда торможу, думаю: «Максим, ну, конечно же, есть и другие города, есть и другие районы». Но я могу вам сказать, что ту поддержку, которую губернатор в нынешних условиях может оказывать Тамбову, он оказывает. И советом иногда помогает, просто словом. Он достаточно бодрый, позитивный, несмотря на большую ответственность, которая и на нём, и на каждом из нас, кто с этим делом работает.
– Гордума сильно изменилась по сравнению с прошлым вашим сроком. Как с ними строятся у вас взаимоотношения? И председателем стал герой СВО, и «Единая Россия» потеснила «Родину»…
– Родина у нас одна – Россия. А главная партия в стране – «Единая Россия», объединяющая политическая сила. Это было, есть, остается. И должен сказать, что «Единая Россия» меняется. Недавно одна активная в комментариях жительница мне написала в личные сообщения с просьбой дать ей ответ на вопрос как члену партии. Мне кажется, для партии, когда человек относит себя к определенной политической структуре, это хорошо. И эти изменения сработали в том числе и в принятии моих решений и оценок.
Что касается Городской Думы, я вам скажу, что 95% состава я знал ранее по их основной деятельности. Да, состав изменился, на то она и городская дума, это же не санаторий с постоянным проживанием. Прошло уже четыре заседания, и да, они отличаются.
Мы вместе с избирателями смогли достичь, чтобы Дума состояла из людей разных профессий, возрастов и интересов. Мне комфортно работать с думой нынешнего созыва, и прошлого. У городской власти какая может быть политика? Как тут можно политизировать? Можно заниматься политиканством, но это не политика. Можно критиканством, но это тоже не политика. Нам приходится участвовать в конкретных проблемах и конкретных судьбах людей. А все остальное – это инструмент продвижения идей и позиции.
Что касается Константина Кутейникова, человек состоялся как офицер и военный. Сейчас пытается погрузиться в муниципальную сферу. Я вижу, что он ставит себе задачу не подвести доверие губернатора и президента, как инициатора программы «Время Героев». Сейчас он перестраивает работу аппарата так, как считает нужным. И к депутатам относится иногда по-военному, требовательно. Но дисциплина – это правильно. Депутатство – это же не просто сидеть с удостоверением рядом со стаканом воды.
Мне кажется, пока все идет вполне продуктивно. У нас нормальное рабочее взаимоотношение. Да, может быть, больше времени приходится тратить на то, чтобы разъяснять, объяснять, отвечать на вопросы. Своим коллегам, заместителям, председателям комитетов я сказал, что придется более тщательно подходить к подготовке к заседаниям Думы. Это не означает, что раньше этого не делали, но сейчас спрос на конкретику стал гораздо выше.
– Кроме Студенецкой набережной, какие еще приоритеты на 2026 вы определили?
– Еще куранты не пробили, чтобы начать исполнять желания, понимаете. Мы с вами затронули уже очень много тем. За последнюю пятилетку мы обновили практически все основные общественные пространства, за исключением существующих набережных. Мы привели в порядок мемориальные объекты. Сегодня наступает время повышенного спроса на качество содержания уже имеющейся городской среды. Это раз.
Второе. Нам надо еще больше уделять внимания инфраструктуре сферы жизнеобеспечения, коммунальной инфраструктуре, работе объектов ЖКХ. Третья тема (они все параллельны) – это общественный транспорт. Это тоже вопрос инфраструктуры. Я могу продолжать этот список бесконечно, добавив сюда еще три новые школы и три детских сада.
Надо просто работать, и не сильно звонко об этом рассказывать. Чем больше будешь рассказывать, тем больше тебя будут отвлекать советчики и разные комментаторы.
